08:49 

jetboy
Люблю ближних... Постоянным ближним - скидки!
У тех, кто и так читал я прошу прощения за повтор. Выложено, можно сказать, по рекомендации.

Название: Нити
Автор:jetboy
Бета: okami (III - VI)
Пэйринг: Сасори/Дейдара
Жанр: angst, местами - юмор
Рейтинг: от G до NC-17 включительно
Состояние: в процессе
Дисклеймер: всё хорошее в этом мире принадлежит не мне, "Наруто" со всеми персонажами - в том числе.
От автора: События идут вразрез с каноном, OOC
Размер: midi
Размещение: Со ссылкой на автора

I

Сверху донёсся звук - с края обрыва посыпалась струйка мелких камешков. Дейдара повернул голову на шорох, проследил за их полётом, послушал, как они ударяются о глыбы на дне, разлетаются, рикошетят. У камнепада были естественные причины. Ни малейшего повода заподозрить врага, скрывающегося наверху, за кромкой провала...
Дейдара взглянул под ноги, на три сваленных рядком куклы, три из сотен прочих, валяющихся повсюду среди обломков обвалившегося свода. Бывшая пещера походила на поле жестокого боя, усеянное настоящими телами, только вместо влажного тяжёлого запаха крови и мяса здесь пахло техническим маслом, металлической пылью, сухой кожей и древесной стружкой.
Дей ткнул пяткой в среднюю из трёх валяющихся перед ним кукол. Корпус перевернулся с костяным стуком, голова качнулась, перекатываясь по камням и уставилась в небо глазами, не утратившими фарфорового блеска.
- Не могу понять, Сасори-но-данна, - сказал Дейдара, - вы эту марионетку сделали сами или это был кто-то похожий на вас при жизни? А, Сасори-но-данна?
Кукла молчала, само собой. Из круга с иероглифом на её груди торчали острия мечей. От потрескавшейся щеки отвалились кусочки, похожие на осколки фарфоровой миски.
Дейдара ещё раз окинул взглядом круглый кратер, оставшийся от пещеры.
Кое что из событий можно понять.
Господин Сасори сначала использовал все возможности своей куклы–панциря Хируко, конечно. Но Хируко постигла печальная участь - вон на камне болтается стальной скорпионий хвост. Противник был очень и очень серьёзным, и затем в ход пошла вся кукольная армия Сасори. Но те куклы, между которыми он теперь лежит – они не из его коллекции.
- Кукольник кукольника заиграл, - сказал Дейдара.
Он осторожно ткнул носком сандалии сначала одну. Женщина. Лицом немного похожа на самого Сасори.
Он слегка пнул другую. Мужчина. Тоже есть что-то общее в облике, но, может, это лишь кажется из-за рыжих волос.
Обе в одеяниях Скрытого Песка, обе ещё сжимают в ладонях рукояти клинков, вонзённых в корпус третьей куклы.
- Вас сломали, Сасори-но-данна, - сказл Дэйдара, скалясь. – Хороший финал, это… красиво, пожалуй.
Он оглядел поле боя ещё раз. Куклы, куклы на камнях, обломки кукол, размётанные части кукольных тел, сломанное оружие, клочья, оставшиеся от одежд.
- Настоящее искусство, - подвёл итог Дейдара. - Сожалею, что не видел.
Он отшвырнул в стороны обеих кукол старухи, и с размаху ударил по корпусу оставшейся, один раз и другой и ещё – пока по гладкому кукольному телу не пошли трещины. Разбить её оказалось непросто, она была сделана добротно. И извлекать мечи из покрытого узловатыми сплетениями цилиндра тоже было неудобно без помощи рук. Закончив, Дейдара выпрямился, переводя дух.
- Я хочу устроить вам похороны, Сасори-но-данна, - заявил он лежащему среди кусков разбитого корпуса цилиндру. – Попозже, когда появится время. И когда я придумаю как это лучше сделать. Прекраснее всего, конечно, взрыв. Но вы их не любите, да? Я придумаю что-нибудь ещё.
Он поддел край цилиндра пальцами ноги и, подкинув его в воздух, повернулся. Цилиндр упал в карман плаща.
Дейдара запрыгнул на камень повыше, собираясь уже покинуть кратер, но его посетила ещё одна мысль.
- Я возьму что-нибудь на память, вы не против? – спросил он у кармана.
Карман не возражал.
- Вот эту, - сказал Дейдара.
Кукла висела на стене, пришпиленная зубами хищной деревянной башки.
- Мне нравится, - сказал Дейдара, перепрыгивая с камня к подножью скалы. – Она не очень повреждена, я её заберу… Вы же считали, что красота должна оставаться навечно, да, Сасори-но-Данна... Я оставлю её себе.


II

- Отойди от стола.
Дейдара вместо ответа только слегка поменял позу, чтоб лучше было видно странную голову, вместо волос утыканную шипами, словно навершие булавы.
- Отойди от стола, - так же спокойно повторил Сасори.
– Боитесь, что я что-нибудь сломаю, да, - сказал Дейдара. – Но я ничего не трогаю.
Странно было бы даже предположить, что очередное порождение Сасори может рассыпаться из-за того, что на него посмотрят или подышат. Если только…
- А, - заявил Дейдара, - понятно. Это секрет, да.
Сасори медленно выпрямился по другую сторону стола.
- На. Шаг. В сторону, - чётко разделяя слова сказал он.
Дейдара счёл разумным на этот раз последовать указанию. Сасори подождал, пока он уберётся, и прикоснулся беличьей кисточкой к кукольной голове, которую только что разглядывал его напарник. Щелчок механизма и стук вошедших в дерево дротиков почти слились.
- Я бы увернулся, - уверенно сказал Дейдара, снизу вверх взирая на торчащие из стены дротики. С них свисали тонкие цепочки, усеянные мелкими острыми заусенцами. В кукольной голове, в которой они исчезали, что-то поскрипывало, и цепочки медленно втягивались в отверстия на её темени. То, что Дейдара считал шипами, оказалось остриями дротиков, высовывающихся из гнёзд. Часть ещё осталась на своих местах.
- Ты уже лишился рук из-за избытка самомнения, - напомнил Сасори. – Не надо лезть туда, где ничего не смыслишь.
- Любопытство, да...
- Не трогай мои куклы. Даже если они сломаны – не трогай.
- Запрещаете? – Дейдара усмехнулся. – Я огорчён. У ваших кукол гладкое тело, приятно прикасаться, знаете…
- Не знаю, - перебил Сасори.
- Вы же их делаете, данна…
- Моё тело лишено таких тонких ощущений.
- Жаль.
- Мне ни к чему. Они бесполезны.
Дейдара задумался на секунду, прежде чем пояснить:
- Они доставляют удовольствие. Могут доставлять. Мне, например, приятно разминать глину пальцами, болтать в воде ногами, ходить босиком по густой траве, спать на тонком белье…
- Зато я не чувствую боли, - перебил его Сасори, - и могу заменить любую часть себя. – А тебе больше нечем возиться с глиной и новые руки ты не отрастишь.
Дейдара слушал внимательно. Жаль у этой куклы совсем не Хируковский хрипатый голос.
- Одна неосторожность с моими куклами – можешь лишиться остальных конечностей, - продолжал Сасори. - Или умереть. И не сможешь больше тратить время на бесполезные удовольствия.
Непривычно много слов сразу. Хорошо, конечно, совсем не ощущать боли и менять тела, как одежду, но и это ведь кукловода не спасло.
- Если бы я не подобрал вашу куклу, вы бы и сами были мертвы, Сасори-но-данна, - сказал Дейдара.
- Хочешь благодарностей услышать? – поинтересовался Сасори. – Не дождёшься. Ты идиот, я считаю. Тебе повезло прихватить относительно безопасную куклу без боезапаса. Это неразумный поступок. Ещё меньше я понимаю, зачем ты её с собой потом таскал…
- Возможно, я иногда бываю сентиментальным…
Сасори уставился на него с явным скепсисом.
- Таскал потому что нравилась, - сознался Дейдара. – Я хотел сделать из неё подобие урны или саркофага, когда обдумывал ваши похороны, Сасори-но-данна. Но потом решил просто оставить. Она была красивой, и гладкой, и иногда казалась тёплой. Это приятная вещь, хоть вы и не поймёте, наверное. Мне было бы жаль её выбросить.
- И как только ты решился её отдать? – в голосе кукловода был явный сарказм.
Дейдара усмехнулся.
- Но, данна, только так вас и можно было почи… восстановить, да.
Тут шипастая кукольная голова рухнула со стола на пол…
Пока напарники беседовали, цепочки, прикреплённые к дротикам наматывались на невидимые шкивы и натягивались. Дротики накрепко засели в стене, и когда цепочки натянулись, голова отправилась в полёт со столешницы вниз. От удара сработали затворы, во все стороны полетело остро отточенное железо.
Дейдара уклонился от десятка игл и отбил ногой кунай. Чтобы проскочить между парой дротиков, и особенно между тянущихся за ними цепочек, пришлось пробежаться по стене.
Сасори не двинулся с места, словно демонстрируя: подобные мелочи настолько бессильны повредить ему, что лишних движений не стоят.
Дейдара, спрыгнув на пол, усмехнулся:
- Я же говорил - это пустяки.
- Это пустяки, - согласился Сасори. – Старые пружины. Новые были только на первых дротиках. Я собираюсь заменить все. Сейчас. И проверить их работу. Тебе следует уйти.
Дейдара скосил глаза на покачивающуюся рядом цепочку. Очень подозрительные заусенцы, очень–очень. И господин Сасори не желает находиться в обществе напарника.
Он направился к выходу, лавируя между растянутыми по всей комнате зазубренными цепочками.
- Сасори-но-Данна, всё ваше оружие отравлено, да? А противоядие у вас есть?
- Незачем, - невозмутимо ответил Сасори.
- Но оно есть? Где –нибудь?
Сасори посмотрел в его сторону с подобием ухмылки.
- В Конохе, - ответил он. – Далековато. Да ещё девчонку придётся уговаривать его приготовить. Не успеешь.
- Тогда мне действительно не стоит оставаться, - согласился Дейдара, распахивая пинком усеянную сюрикенами дверь.
Когда дверь закрылась, Сасори чуть повёл плечом. Верхняя часть недоделанной куклы, лежавшая под верстаком, поднялась, и, перебирая руками отправилась к прислонённому к стене у входа засову. Там она подняла брус и опустила его в скобы, запирая дверь.
Сасори не не нужно было видеть куклу, чтобы ею управлять. Он молча смотрел в обложенную пробковым деревом стену, будто пытался разглядеть нечто за её пределами. Потом он поднял руку, прикоснулся пальцами к груди.
Гладкое.
Корпус куклы должен быть гладким, это необходимо для повышения её боевых характеристик. По гладкой поверхности скользит оружие, рубящий удар превращается в касательный, на ней плохо удерживаются бечёвки и ленты разных хитроумных приспособлений, в воде и в воздухе такая кукла лучше двигается…
Сасори провёл пальцами по собственноту механическому телу.
Да, отлично отполировано, оставшиеся после боя царапины и зарубки заполнены твёрдыми смолами, зашкурены и отшлифованы. Отличная работа – но и только. Ничего похожего на то, о чём распинался Дей.
- Только время зря тратить, - проворчал Сасори, наклоняясь над столом. – Болван.
По другую сторон двери Дейдара, извернувшись, изучал прореху в накидке. Одна из шипастых цепочек его всё же задела, оставив на чёрном плаще дыру длиной почти в ладонь. Но под прорехой не было видно крови. Убедившись, что не пострадал, Дейдара усмехнулся:
- Хорошая новость – в Коноху мне сегодня бежать не придётся…


III

Солнце медленно оторвалось от верхушек деревьев, раскаляясь. Припекало всё сильнее, а воздух замер, стебли тростника вздрагивали лишь когда стрекозы садились на них или взлетали. Дейдаре отчаянно хотелось снять шляпу и обмахнуться широкими полями. Снять её было - проще некуда, а вот обмахнуться - нелегко. Некоторые элементарные вещи становятся удивительно сложными, когда остаёшься без рук. К примеру - отогнать муху. Или почесать нос. Шиноби, в отличие от простого смертного, может и ногами управиться, но избавление от мухи требует в этом случае исполнения причудливых кульбитов, а почёсывание носа - замысловатых поз. И то и другое малоэстетично.
- Ээээ... Сасори но даннаааа, - протянул Дейдара.
Сасори его будто и не услышал. Он уже с полчаса стоял посреди речушки, погрузив в воду руки. Речка была быстрой, но мелкой. Кукловод явился сюда на рассвете, когда было ещё сыро и холодно, с ворохом кукольных конечностей. Часть этой коллекции передвигалась своим ходом, некоторые он нёс сам, а кое-что навьючил на вызвавшегося помочь напарника. Дейдаре было любопытно, что господин Сасори намерен делать со своими изобретениями и для чего ему непременно понадобилась вода, но испытания оказались скучнейшими. Мастер присоединял запчасти поочерёдно к собственным рукам и ногам и погружал их в поток, подолгу стоя на каменистом дне неподвижно.
Лицо его оставалось неподвижным ничего не выражающим, но, возвращаясь к мосткам, он снимал очередную деталь и некоторые откладывал в сторону аккуратно, а некоторые забрасывал подальше на берег без всякой жалости и осторожности.
И никаких неожиданностей с дротиками, лезвиями и кунаями.
Солнце тем временем поднималось и в чёрном плаще, отлично гревшем на утреннем холодке, становилось жарко. Дей скинул его, но облегчение было недолгим. Холод и жару легко игнорировать, выполняя миссию. Но когда нет цели страдать на солнцепёке глупо.
- Даннааааа... - позвал Дейдара ещё раз.
- Заткнись, - потребовал Сасори, не поднимая головы. Очередные его руки свободно болтались в потоке. Эти были слишком велики для подросткового тела, в котором сейчас обитала его личность. Тёмно - коричневые, с многочисленными бороздками и буграми, имитирующими рельеф мускулатуры, они могли бы пренадлежать сильному и рослому мужчине. Привинченные к золотистому некрупному телу, они казались нелепыми, слишком длинными и корявыми.
Сасори вдруг почти неуловимым движением рванулся и выпрямился - сжимая в коричневых ладонях бъющуюся рыбу.
Дейдара увидел на его лице ухмылку.
Держа добычу над головой, Сасори направился к мосткам. Кукольное тело, если не считать несуразных рук, было тем самым, которое Дейдара подобрал на месте битвы с Тие. Ухмылка исчезла, едва Сасори наткнулся взглядом на подрывника.
- Чего хотел? - спросил он, засовывая форель в сетку.
- Вы собираетесь домой?
Сасори глянул на груду конечностей, ещё не прошедших испытания водой и принялся откручивать от предплечья левую руку.
- Рано. - И добавил с издёвкой, - Ты можешь валить, если устал.
Дейдара покачал головой.
- Жарко.
Сасори усмехнулся.
- Мне - нет.
Его балахон валялся на мостках, он скинул его, спустившись в реку, и остался обнажённым, но этому телу перегрев не грозил - оно, в отличии от тела Дея, не покрывалось испариной от душного зноя.
- А мне - да, - пожаловался Дейдара.
Сасори пожал плечами, привинчивая на место снятой руки новую - желтовато-медового цвета, с тонкими пальцами.
- Разденься.
Он прикрутил вторую руку, проверил, как сжимаются и разжимаются пальцы и вернулся на середину потока. Его кукольная нагота была игрушечной, не настоящей, она не вызывал ни смущения, ни скабезных мыслей.
Дейдара покачал головой
- Я без одежды чувствую себя голым.
Сасори остановился и Дейдара услышал короткий смешок.
- У меня в карманах кое-какое оружие, - пояснил он. - Вы-то сами по себе арсенал, данна...
Кукольник окинул взглядом лес на берегах речушки и виднеющиеся вдалеке горы и повернулся к Дейдаре.
- Здесь нет никого, - сказал он. - Если без штанов ты не способен справиться с врагом, потей на здоровье или ступай назад. Не трать больше моё время. У меня ещё полно дел.
И он снова нагнулся над водой.
Дейдара смотрел на его полированную спину мрачно. Всё-таки этой кукле не идёт прямолинейность и бескомпромиссность, которые были такими естественными у Хируко. Дей выслушал бы всё то же самое, будь оно произнесено глухим, сварливым голосом Скорпиона, без малейшей обиды. Но мальчишеская внешность нынешней марионетки обманывала чувства, заставляя раздражаться.
Не опасение предстать в случае атаки перед противником с голым задом мешало ему расстаться с одеждой, а мысль о самом процессе раздевания - одевания. Но если прежде он и не собирался устраивать стриптиз, то теперь никак не мог уступить подначке. Дейдара фыркнул и наклонил голову, стряхивая на мостки шляпу...
Несколько минут спустя подрывник устроился на мостках, привалившись к груде "отработанных" рук и ног, укрытых его плащом, в одной только шляпе, надвинутой так, чтоб закрывать от солнца лицо. Так было действительно гораздо комфортнее. Тепло летнего дня мягко обволакивало тело, расслабляя и успокаивая.
Сасори так и не повернулся в сторону своего напарника, и Дейдара не удержался от ответной подначки.
- Знаете, Сасори но данна, - сказал он, - когда я нашёл эту вашу куклу я очень удивился...
Он усмехнулся и закрыл глаза.
- Вы всегда такой дотошный со своими марионетками, такой точный в каждой детали - а члена вашей кукле не приделали.
Потребовалось усилие, чтоб удержаться от соблазна взглянуть - произвел ли он какое-то впечатление.
Долгое время Дейдара слышал только журчание воды, но потом прозвучал ответ:
- Мне ни к чему.
Голос был ровный. Пожалуй, слишком ровный. Дейдара счёл, что одного бестактного намёка творцу на несовершенство его творения достаточно и не стал дальше развивать тему, промолчав.

IV

Журчание реки успокаивало, убаюкивало. Лень шевелиться, открывать глаза.
Покой непривычен. Жизнь шиноби - от тренировки к тренировке, от миссии к миссии. Смерть Сасори не остановила этот бег. Тоби заменил кукольника и они с Дейдарой следовали пержним планам пока Пейну не пришла в голову мысль о попытке вернуть кукловода к жизни. Это кто-то из его людей залечил дыры в странном вместилище души Красного Скорпиона и когда цилиндр вложили в полость в кукольной груди, марионетка ожила.
Делал это Пейн, но Дейдара стоял рядом, ждал – выйдет ли что-нибудь из этой затеи или она провалится.
Когда на глянцевом лице дрогнули веки и открылись глаза – это было удивительно и чудесно. В секунды кукла, ещё неподвижная, уже перестала быть набором деталей, в ней появилось напряжение, словно натянулись внутри незримые нити, части стали единым… это не взрыв, но подобие скрытого взрыва. Взрыв наоборот, когда вихрь ударной волны не разрушает, а соединяет и воссоздаёт. Дейдара испытал в тот момент восторг, который знаком лишь людям, способным видеть прекрасное. Тоби всё испортил, когда влез посмотреть и заодно поинтересовался, придётся ли ему теперь расстаться с кольцом или господин Сасори станет одиннадцатым? Дейдара вспылил и дал ему пинка.
Акасуна но Сасори выслушал приветствия спокойно, а выслушав, ответил, что не готов вернуться к миссиям. Пока... Ему нужно время - заявил он, чтоб восстановить его силу, обновить его армию. Поэтому он удалится на некоторое время. Оно не затянется дольше необходимого...
- Тоби так рад, что останется вашим напарником! - тут же услышал Дейдара у себя над ухом голос жизнерадостного болвана. И не поскупился добавить к одному пинку ещё пару. Он радости Тоби не разделял.
Сасори не стал возражать, когда Дейдара предложил свою помощь.
Хотя на деле - какой от него, безрукого, толк кукольнику?
Какудзу, правда, пообещал, что по крайней мере одну руку - ту которой Дейдара лишился в бою с шиноби Листа, он сможет ему приделать. Рука осталась, Дейдара подобрал её в лесу после схватки. Какудзу оглядел её, запихал в открытый на всю ладонь рот безвольно болтающийся язык, обмотал кисть подозрительной тряпкой и сунул под свой плащ, сказав, что так она будет в сохранности. Но чтобы её приживить нужен локтевой сустав и не любой. Нужна конечность сообразного размера, достаточно сильная, чтоб быть рукой шиноби. И пока Какудзу не убъёт подходящего донора, Дейдаре придётся ждать.
- Тоби пока будет вашим руками! - с готовностью пообещал ему новый напарничек.
- Тоби будет покойником, если попытается! - огрызнулся Дейдара. Временно потерпеть собственное убожество он был готов, но желательно без постоянных напоминаний в виде помощи от раздолбая в кретинской маске.
Но это было ещё до того, как марионетка, которую Дейдара прихватил с поля боя кукольников, поднялась на ноги и заговорила непривычным голосом, но в такой привычной манере...
- Как хочешь, - заявил Сасори, когда Дейдара спросил, можно ли ему отправиться с бывшим напарником. - Я ухожу прямо сейчас, задерживаться не стану. Поторопись уладить свои дела.
Со сборами Дейдара уложился в четверть часа, а вопросом - чем, собственно, он может помогать, задался только сутки спустя, когда повыветрилась радость и заработали мозги... Странно, что Сасори его не выпер, обнаружив, что помощничек к нему напросился калечный. Не сказал даже ничего. Почти ничего...
Солнышко перекатилось через полуденный зенит и грело всё мягче. Под монотонное журчание речки мысли стали расплываться и растекаться ручейками в разные стороны и сплетаться в причудливые образы. Часть сознания пыталась усовершенствовать мысленно подрывную технику, часть строила предположения о будущих марионетках новой армии Сасори. Нагромождение деталей в его мастерской напоминает последствия взрыва. В таком виде они даже обладают очарование. Только не когда шевелятся. Даже Дейдара испугался, когда из-под верстака ему навстречу полез незаконченный, частично собранный шедевр, клацая вываливающимися из пазов лезвиями и роняя из потайных обойм кунаи. Дейдара от него шарахнулся, задел другую незавершёнку, подвешенную к балке, она свалилась прямо на него. Повезло застать мастера в хорошем настроении. Сасори, оглянувшись на грохот, ухмыльнулся вместо того, чтоб обругать.
- Девчонки прохода не дают?
Дейдара почувствовал, как упавшая на него марионетка шевельнулась и выпрямилась. На плечо легла ладошка. Он повернул голову - кукла стояла рядышком, кокетливо изогнувшись, заглядывая ему в лицо пустыми глазницами и улыбаясь неподвижной улыбкой. В длинных белёсых волосах застряли стружки, а в примечательных габаритов бюсте, судя по темноте в полых сосках, размещался какой-то смертоубийственный арсенал. Механическая девушка наклонила голову и другая её ладошка потянулась к его лицу, пальцы скользнули в волосы за ухом, а она потянулась Дейдаре навстречу. За глазницами щёлкнули и провернулись колёсики, по подбородку прошли трещинки и улыбающиеся губы приоткрылись, словно намереваясь поцеловать.
- Прекрати! - заорал Дейдара, пытаясь отскочить. - Пусти меня, дура!
Кукла вцепилась в него ещё крепче. Её грудная клетка разошлась на отдельные гибкие рёбра и всеми этими рёбрами она обхватила его, притягивая, прижимая к себе, так что вырваться стало совсем невозможно, а руки её заскользили медленно по спине вниз и полезли под пояс штанов. Тут Дейдара опомнился и взмолился:
- Данна!!! Перестаньте ... я её нечаянно задел.
- Она тебе, выходит, не нравится? - серьёзно спросил Сасори.
- Нет! В смысле - да! - Кукла замерла, но их своих рёбер - щупальц не выпустила, в глубине её полуоткрытых губ поблёскивала духовая трубка и Дейдара тоже не шевелился. Если оружие заряжено, то выстрелит ему прямо в лицо, ни увернуться, ни совершить подмену ему не удастся. Нет, ему это совсем не нравилось.
- А мне казалось - вышла симпатичной, - сказал Сасори совсем мрачно.
- Да она же не настоящая! Или мёртвая, - заорал Дейдара.
Сасори недовольно махнул пальцами, кукла разжала объятия, отшатнулась на шаг назад. Её голова запрокинулась, она приподнялась на носки и со всего размаху кинулась вперёд, с треском впечатываясь лицом в верстак. Тело, которое только что двигалось совершенно не по-игрушечному, сложилось и скатилось на пол. Под разбитой маской стало видно стальные детали, двигавшие веки и губы.
- Зачем? - ахнул Дейдара.
- "Искусство - это взрыв!" - процитировал Сасори. - Тебе так должно больше понравиться.
Трудно было не признать - в этом свернувшися на полу порождении кукловода из-за отсутствия лица, из-за самого способа, каким достигнут был этот эффект, появилось концептуальное содержание - но только если рассматривать разбитую куклу как арт-объект.
- У нас с вами разные эстетические взгляды, данна, - ответил Дейдара, переводя дыхание. - Мне не нравится, когда искусство лезет мне в... лезет меня обнимать, да.
Сасори уже отвернулся к своему столу, ничего не ответив.
- Вы её придумали или... или из она сделана из шиноби? - спросил Дейдара, переступая через куклу.
- Она жила в Скрытом песке, - буркнул Сасори. - Уже умерла. Давно. Сделал по памяти. Звали, кажется, Хотори...
Эту Хотори Дейдара каждое день представлял себе, как наяву, просыпаясь. Она не являлась ему в кошмарах, вовсе нет, он извлекал пользу из этого виденья - Хотори помогала отделаться от ежеутренней физиологической проблемы. Когда у тебя есть руки, предрассветная эрекция это не проблема, а несколько минут приятного времяпровождения, а вот когда рук нет, время приходится тратить на ментальные техники усмирения плоти. Самое простое - представлять себе вещи отвратительные, от которых всякое желание проходит. Безглазая Хотори потеснила старую, спившуюся гейшу, с которой Дейдаре однажды пришлось ночевать под одной крышей. Ему тогда было ещё далеко до возраста любовных похождений, однако похотливую бабку это интересовало мало. Впечатления от встречи остались настолько глубокие, что стоило только представить старую каргу всё само собой опускалось. Теперь он себе для разнообразия вспоминал Хотори. Срабатывало не хуже.
Есть признаки того, что придётся вот-вот снова о ней подумать. По коварной закономерности, когда всё тело расслабляется одна-единственная часть этого тела нередко начинает напрягаться, напрашиваясь на внимание. Во сне и даже в полусне к этой части можно потянуться несуществующей рукой и даже дотронуться... стоит только чуть чуть очистить сознание. Дейдара позволил остальным мыслям раствориться, чтобы осталось только напряжённое предвкушение. Можно сомкнуть отсутствующие пальцы и ощутить их движение. Память осталась в мышцах и в образах и с готовностью создаёт иллюзию - достоверную настолько, что возбуждение растёт как от настоящих прикосновений. Слабый отблеск настоящего прикосновения, невозможно им добить настоящего удовлетворения, хоть полдня себя в полудрёме ублажай, но от него учащается дыхание и сильнее бьётся сердце... и голова кружится... и это тоже отчасти удовольствие, так что Хотори и старуха-гейша подождут... Виденье захватило, заглушая звуки и ощущения извне, но усиливая мнимые, обостряя переживание приближения ...
Потом, внезапно, член сдавили прохладные и жёсткие пальцы... Хотори подкралась - понял Дейдара, в ужасе рывком подскакивая, - не захотела дожидаться на краю сознания. Сердце замерло и провалилось. Подобралась - и... он потянулся отпихнуть её, открыл глаза ... и закрыл снова. Посидел пару секунд с закрытыми глазами, убеждаясь, что проснулся, вспоминая, что он не у себя в постели, не в комнате, а на реке, что уже далеко не утро и что перед тем, как задремать, он имел неосторожность пошутить насчёт отсутствия у Сасори того органа, за которой кукольник его сейчас и держал.
Сном это не было - даже глаз открывать не требовалось, чтоб получить доказательство реальности происходящего. Кукольные пальцы, не разжимаясь, сдвинулись от основания на пару сантиметров вверх. Дейдара осторожно выдохнул.
- Данна, вы ... поаккуратнее, да... - сказал он. - Вам-то оно, может, и не к чему, а мне ещё пригодится.
- Надеешься завести детишек и дожить до спокойной старости? - поинтересовался Сасори язвительно.
- Вряд ли, - честно ответил Дейдара, открывая глаза и пытаясь подняться.
Сасори свободной рукой ткнул его в грудь.
- Данна... - снова начал Дейдара, но Сасори отрезал:
- Помолчи.
Когда с идиотизмом ситуации нельзя бороться, следует смириться и придумать более действенный способ борьбы. Сасори пока напарник смотрел эротические сны, уже закончил со своими экспериментами и вернул на место собственные руки. Парой дней раньше он их испытывал. В той, которая упиралась Дейдаре в рёбра, гарпун с тросом. Вылетает из-под панельки в ладони, прошибает дубовую доску в три пальца. И это - хорошо если только десятая часть его вооружения. А всё, чем мог бы воспользоваться Дейдара, рассовано по карманам плаща и одежды.
Дейдара повернул голову, оценивая далеко ли его экипировка. Нет, близко, рядом - на расстоянии вытянутой руки."На растоянии вытянутой руки" - это всё равно, что на луне в его случае.
Сасори слегка разжал и снова сомкнул пальцы, перехватив свою добычу ещё чуть выше. На домогательство было не похоже. У его движений ничего общего с теми плавными взмахами - поглаживаниями, которые любой мальчишка осваивает, дозрев до подросткового возраста. Он ощупывал напряжённый член, пропускал его сквозь руку, потирая пальцем, словно проверяя на гладкость, как проверял те детали, которые он обтачивал в своей мастерской.
Мир пошатывался, намекая - либо Сасори рехнулся, либо сам Дейдара. Требовалось любое объяснение, чтобы отделаться от сомнений во вменяемости.
Дейдара попытался ещё раз.
- Данна, что происходит?
- Не твоё дело, - ответил Сасори.
Дейдара хотел сказать, что это дело как раз очень даже его, но тут кукольник провёл пальцем по бороздке вокруг головки члена. По животу и по бёдрам прошла волна тепла, предвещающая приближение пикового момента. Дейдара, зажмурившись, откинулся на спину.
Да ну, к чертям!
Ещё десяток - другой таких прикосновений и всё ему будет наяву, а не во сне. Неважно, кто тут рехнулся - он хоть кончит нормально. Забыл уже когда в последний раз ему случалось... Следующая волна вышибла остатки мыслей, и он расслабился, предвкушая...
Сасори выпустил его так же внезапно, как схватил.
Открыв глаза, Дейдара увидел его склонившимся над ворохом, прошедших испытания деталей. Местные Ками, должно быть, решили поиздеваться над шиноби и выбрали Дейдару в жертвы: куча рук валяется на мостках и никакого ему толка от них. А кукольный мастер с этими Ками в сговоре - не иначе. Каппы бы его побрали, пока он торчал в ручье.
- На что уставился? - спросил Сасори, выпрямляясь. - Я закончил. Пора назад.
- Да если бы вы действительно закончили, данна... - язвительно ответил Дейдара садясь и мрачно разглядывая набухшее свидетельство своей неудовлетворённости, - если бы всё закончили, за что сегодня взялись...
Сасори неуловим движением присел, толкнув напарника и в бок и в плечо одновременно, так, что он слетел с мостков. Речка сбегала в предгорье из-под ледников на склонах высящегося в отдалении хребта. Вода в ней не согрелась даже на летней жаре и после целого дня, проведённого на солнцепёке, показалась обжигающе холодной.
- Помогает, - сказал сверху Сасори, невозмутимо возвращаясь к сборам. Под контролем его чакры груда конечностей превращалась в переминающуюся сколопендру. Сложившись, страшилище из кошмара с мерным пощёлкиванием отправилось через лужайку к лесу.
- Что бы вы в этом понимали, данна, - прошипел Дейдара сквозь зубы. Помогало-то ещё как, получше Хотори со старухой вместе взятых...
- Я же не родился куклой, - так же невозмутимо ответил Сасори. - Догоняй...
И он, перекинув свой балахон через плечо, отправился вслед за многоногим монстром.


V

У входа в подземное убежище руконогий монстр встал неподвижно, дожидаясь, когда Сасори откроет дверь.
Кукольник поднял руку, нащупал потайную щеколду в верхней притолоке и распахнул створку, пропуская сороконожку внутрь. Она деловито потопала в мастерскую – огромную подземную залу, всегда освещённую газовым огнём, обшитую дубовыми брусьями, сосновыми досками и пробковыми панелями.
Сасори облюбовал это место под мастерскую годы назад. Прежде оно служило убежищем контрабандистам и дилерам чёрного рынка, но кукольник вышиб хозяев и оборудовал себе уединённый и удобный рабочий кабинет. Слишком далеко от оживлённых дорожек и селений, даже от обычных посёлков, не говоря уже о деревнях шиноби, случайные люди сюда не заходили. Здесь имелось в избытке разнообразной древесины, чуть дальше в горах можно было найти полезные в кукольном деле минералы, поблизости текла река, и, главное – никаких незваных посетителей.
Убежище было старым и отлично устроенным. Над залом, кладовыми и комнатками, пригодными для жилья, возвышался заросший вековыми горными соснами холм, мшистый и абсолютно естественный с вида. То тут, то там между стволами сосен на холме торчали валуны и осколки скал, в их тени прятались хитроумные световые и воздушные люки, воронки водосборников и бездымные трубы. Вход со стороны был заметен лишь тому, кто точно знал, куда следует смотреть.
Дейдара, впервые войдя внутрь, ухмыльнулся своей во все зубы ухмылочкой и заявил:
- Только не говорите, данна, что вы это всё сами выкопали. Здесь без тротила не обошлось, да!
Сасори сказал бы, что не обошлось здесь без управления стихиями, и основная часть работ завершена была в те ещё времена, когда про тротил никто слыхом не слыхивал. Но с Дейдарой опасно заговаривать. Ты ему слово - он тебе десять. Сасори промолчал. Убедившись в целостности поставленных прежде печатей, он прошёл длинным коридором мимо мастерской, повернул направо, в коридор, ткнул в первую же попавшуюся комнату и сказал Дейдаре, что эта – его.
В мастерской время замерло там, где он его остановил лет пять назад, закрыв дверь. На верстаках лежали части незавершённой куклы, доставившей много хлопот, забравшей изрядно времени, но разочаровавшей мастера. Он бросил её, а она ждала его несколько лет, как верная вдова ждёт возвращения объявленного мёртвым мужа с миссии. В солнечных лучах плыли пылинки, инструменты спали в ременных петлях на стенах, с балок свисали сетки и мотки верёвок, и трещал в углу кузнечик. Сасори усмехнулся, разжимая и сжимая пальцы. У него имелась сотня с лишним отличных идей. Пусть армию кукол-шиноби и невозможно восстановить скоро, кое-что он способен был сделать.
Созерцание нарушил Дейдара. Он облазил все шкафы и ниши в своей комнате и все комнаты в доступных ему коридорах и явился в зал с тем восторженным сияющим видом, который сразу делает очевидным его возраст и убивает напрочь всякое подозрение, что этот раздолбай может быть одним из Акацуки. Сасори несколько раз с трудом удерживался от соблазна дать ему совет – так себя всегда и вести. Любой противник сильно его недооценит, увидев таким. В бою это плюс. Но Сасори сомневался в том, что совет будет услышан. Чего зря воздух сотрясать?
- Что это за место? – спросил Дейдара, изо всех сил стараясь выглядеть небрежно – любопытствующим.
- «Холм Пиний».
- Это здесь вы делали кукол, данна, да?
Дейдара шагнул в проход между верстаками, увлеченный странным местом с непривычными ему инструментами и приспособлениями, и двинулся вперёд. К поблёскивающим у дальней стене пробиркам и колбам на каменном столе под вытяжкой.
- Дей-да-ра! – отчётливо произнося каждый слог, позвал его Сасори. Когда подрывник оглянулся, он продолжил. – Запомни, повторять не буду.
Дейдара уставился на него широко открытыми глазами.
- Это. Моя. Мастерская, - сказал Сасори. - Прежде, чем открыть дверь, стучи и спрашивай, можно ли войти. Не входи, если тебе не разрешили. Не входи, если меня здесь нет. Ничего не трогай, если я не сказал, что можно. Никогда.
Дейдара тут же усмехнулся, уголки губ загнулись, придавая физиономии сходство с мордочкой мелкого хищника.
- Мне выйти и постучать, данна?
«Ничего не понял, дурень, - подумал Сасори. – Считает, я его хорошим манерам учу».
- Выйди, - сказал он спокойно.
Дейдара, всё так же ухмыляясь, вернулся и скрылся за дверью. Через секунду раздался стук. Сасори молча подхватил с пола тяжёлый засов из цельного дубового бруса и засунул его в скобы. Потом он отправился к столу и принялся разбирать соскучившуюся по своему создателю куклу – неудачницу, любовно разнимая части и игнорируя периодическое постукивание в дверь…
Добиться от Дейдары выполнения оглашённых мастером правил удалось только после нескольких прецедентов, не ставших несчастными случаями со смертельным исходом только потому, что Дейдару не за одни красивые глаза взяли в Акацуки. Сасори несколько раз успел за это время усомниться, стоило ли отвечать на предложение Дея пойти с ним расплывчатым «Как хочешь». Ему начинало порой казаться, что он переоценил степень своей готовности терпеть кого – то рядом с собой вне миссии, более того - в процессе изготовления новых воинов для своего нового Ака Хиги.
Примиряла его с таким соседством только возможность испытывать с помощью Дейдары оружие марионеток. На самом себе – не так достоверно. Зная, из какой конечности и что выскочит, самостоятельно управляя движениями и атаками, оценить истинную эффективность трудно. Дейдара, хоть и лишился рук, ловкости и увёртливости не утратил. Первое время марионетки сильно ему проигрывали, что приводило Сасори в бешенство, малозаметное, но делавшее его совершенно нелюдимым, заставлявшее дни и ночи напролёт просиживать над работой в твёрдом намерении создать такие шедевры, которые уделали бы самонадеянного паршивца. Шедеврам его одержимость пошла на пользу. Подставлять напарника первым готовым усовершенствованным куклам Сасори уже опасался.
Ещё Дейдара совершенно случайно временами подавал интересные новые идеи, лишавшие кукольника покоя открывающимися перспективами. Вроде этой с ощущениями…
Сасори вошёл в свою мастерскую следом за самоходной грудой конечностей и позволил монстру медленно развалиться на отдельные части. Он выбрал из кучи пару рук и повесил на вколоченные в брус над одним из верстаков крючья. Другую пару положил на развёрнутую шкуру, нагнулся за следующей. Среди деревянных локтей и коленок виднелась сетка. Рыба. Он потянулся за плетёнкой и вдруг ощутил прикосновение к нитям чакры. Это не Дейдара – он не слышал шагов, и соприкосновение произошло в пределах мастерской. Даже если предположить, что Дей так психанул из-за нарушения неприкосновенности своих интимных частей и принудительного купания, что решил подобраться потихоньку и подорвать напарника, он сначала должен был задеть те волокна чакры, которые тянулись к входной двери. Значит, кто-то ещё. Но печати были целы, задвижка не тронута.
Сасори медленно выпрямился с сеткой в руках.
- Вылезай, - сказал он.
Секунду царила тишина.
Потом прямо напротив него стена вспучилась, разделилась зигзагом, и в глубине блеснули жёлтые, лишенные зрачков глаза Дзэцу. Несколько мгновений они с Сасори смотрели друг на друга молча, не тратя на приветствия слов, затем соглядатай вежливо спросил:
- Новое дзюцу испытывал или просто рыбку ловил?
Сасори не ответил, сложил руки на груди и уставился на шпиона ещё пристальнее.
Дзэцу понял намёк и перешёл к сути.
- Зашли по дороге спросить, как идут дела, - сказал он, отводя глаза от кукольника. - Лидер интересуется…
- Интересуется - спросил бы сам, - перебил его Сасори.
Взгляд Дзэцу скользил по сваленным деталям, чурбакам, горкам стружки, лоскуткам кожи и шкуркам.
- Ты не рад гостям, - констатировал он.
- Отвлекают от дел. Чем больше гостей, тем дольше мне возиться придётся.
Дзэцу постепенно всё больше и больше отделялся от стены, но происходило это гораздо медленнее, чем могло бы. И так же неторопливо он проговорил:
- Ему хочется знать, когда тебя ждать.
Сасори пожал плечами.
- Когда я буду готов. Когда будут готовы мои куклы.
Дзэцу по-прежнему рассматривал мастерскую, словно не налюбовался, дожидаясь хозяина.
- Я бы сказал, ты здорово продвинулся. На первый взгляд здесь деталей на две сотни марионеток.
Сасори фыркнул.
- Наблюдательность тебя подводит. Ты видишь хотя бы одну законченную?
Дзэцу помедлил с ответом. Прежде чем сказать «нет», он ещё раз внимательно оглядел всё и убедился, что есть отдельные торсы с руками и головами, отдельные ноги с телами и даже целые тела, но без голов, и нет ни одной действительно цельной куклы.
- И с расходниками есть трудности, - посетовал Сасори. - Приличных шиноби в этом захолустье один-два. Ну, три. С тобой. Возможно, ты захочешь стать частью вечного искусства…
- Так что мне ему передать? – спросил Дзэцу, немедленно отходя от Сасори подальше и меняя тему с творческой на деловую.
- Передай, чтобы он тебя больше не отрывал от твоих занятий и не гонял навещать меня «по дороге», - посоветовал кукольник.
Дзэцу кивнул.
- А Дейдара?
- Что «Дейдара»?
- Он не хочет вернуться?
Сасори понятия не имел, хочет или нет подрывник вернуться к исполнению миссий, но он совершенно точно знал, чего Дей обычно не хочет. Например – торчать под закрытой дверью, пока Сасори занимается чем-то действительно опасным или требующим максимального сосредоточения. Или – давать хотя бы повод подозревать, что без рук жить канительно. Создавать своих бомбомонстриков он наловчился, обходясь оставшимся ртом: всего-то требовалось переделать сумку для глины так, чтоб можно было её перевесить на шею. Но помимо этого есть повседневные дела, которые не так просто освоить заново. Дейдара, на взгляд Сасори, должен был сообразить, что надо не только сумку переделать, но и многие другие вещи. Но эти полезные советы остались невысказанными. Увечье всё-таки ограничивает, хоть Дейдара и ухитрялся пользоваться своим дзюцу – это не совсем то, что раньше.
- Он… на мой взгляд, тоже пока не готов, - сообщил Сасори собственное мнение.
Дзэцу вдруг напрягся, моргнул и обеспокоенно переспросил:
- В каком смысле – не готов?
Похоже, вообразил, что Сасори добрался до единственного сносного шиноби в округе и использовал по своему разумению.
- Его дело – у него и спроси, - посоветовал Сасори, не снисходя до заверений Дзэцу в том, что его опасения напрасны. – Он где-то здесь возле реки шляется.
- Рыбу ловит? – спросил Дзэцу, указывая на сетку, сквозь которую поблёскивала чешуя. – Кстати, разве ты ешь рыбу?
Сасори запустил руку в плетёнку, вытянул одну из форелей и протянул шпиону. Дзэцу продолжал с интересом смотреть на сетку, где оставалось раз в пять больше, явно подразумевая, что Сасори столько ни к чему. Он начинал раздражать.
- Я её не ем, - многозначительно сказал Сасори.– Но я здесь не один.
Поле этого разъяснения предложенная рыба была принята с лёгким поклоном. Вместо прощальных фраз они снова обменялись молчанием, и Дзэцу избавил кукольника от своего присутствия.
Когда за ним закрылась дверь, Сасори кинул плетёнку на верстак. Пара висевших над верстаком запасных рук ожила и полезла в сетку. Сасори подвинул к плетёнке ножик попроще и кинул туда же охапку соломы, а сам поднял с пола верхнюю часть кукольного тела. Из дальнего угла выбрались и подошли к нему ноги с торсом. Сасори водрузил одно на другое и принялся закручивать крепления.
Закончив с одной куклой, он сел на пол рядом с другой. Этой не хватало головы. Сасори снял со стола голову Хотори, переделанную, с новым лицом, проверил ещё раз спусковые механизмы и отправился с головой под мышкой в дальний угол, к столу с ретортами и колбами. В то время, когда он заливал в своё создание яды, пара рук почистила и выпотрошила рыбёшек, по-хозяйски сгребла потроха и чешую на солому и вытерла начисто ножик. А пока Сасори пристраивал голову Хотори к её телу, уже собранная кукла раздувала каменную печь и затем с вычищенной рыбой и жаровней, полной горячих углей, вышла из мастерской.
К её возвращению Сасори закончил с Хотори. Она тоже поднялась на ноги.
Пора было браться за следующее дело.
Оглядев обеих марионеток и не найдя изъянов, Сасори покинул мастерскую. В коридорах царила тишина. Сасори заглянул в комнату Дейдары. Пусто. Он дошёл до собственной, которой никогда не пользовался, повернул табличку на ручке красными иероглифами наружу, захлопнул дверь и поставил печать.

VI.

Когда клацанье и топот за деревьями стали почти неслышны, Дейдара поднялся на ноги.
На мостках одеваться не стал. С этого места тянуло немедленно уйти, чтобы ощущение безумия отпустило. Плащ он набросил на плечи, шляпу подкинул пинком в воздух, подставив голову, а всё остальное подобрал в зубы. Сунул ноги в ботинки и отправился к деревьям.
Но не туда, где располагалось убежище, где была мастерская, а чуть в сторону, выше по реке, в гущу толстых сосен. На одной из поросших лютиком и кипреем полян он бросил барахло и привалился спиной к обломку торчащей из земли скалы.
Здесь, вдали от реки, было душно, горячий воздух, настоянный на ароматах сосновой смолы и дикой мяты, подрагивал над замершими травами, в тени деревьев попискивали неугомонные крапивники, а среди камней на поляне верещали цикады.
- Какого хрена!? – шёпотом сказал Дейдара, созерцая ползущего по камню муравья с лапкой кузнечика в жвалах.
Он бы хотел, чтобы Сасори ему ответил на этот вопрос, но сомневался, что кукольник станет. Скорее, он был уверен, что Сасори ему ответит едкой насмешкой, по сути ничего не разъяснив. Объяснение должно быть, ведь мастер марионеток никогда ничего просто так не делает. Но Дейдара никакой причины придумать не мог. Заявить сначала о полном отсутствии интереса к половому вопросу, а потом хватать напарника за хуй… Где логика?
Дейдара хмуро посмотрел под ноги на кучу своих одёжек. Надо дойти до мастерской и всё же попытаться завести разговор, пока мозги себе совсем не сломал. Он стряхнул ботинки, и принялся, стоя на одной ноге, раскладывать и расправлять вещи. Бельё следовало расположить поверх штанов так, чтобы сразу влезть и в то, и в другое. Потом нужно будет опуститься на одно колено, пропихивая дальше лодыжку – сначала одну ногу, за ней другую… Тот ещё процесс. Подрывник просунул ступни в сложенные гармошкой штанины, приготовившись провернуть уже порядочно надоевшее «дзюцу-Одевания-без-Рук».
- Хей! Дейдара – семпай! – донеслось сверху.
Дейдара поднял голову.
Тоби, пристроившийся на высоком камне, как гриф на утёсе, помахал ему оттуда приветственно. Дей, ощутивший острое желание подорвать к чертям весь мир, задал вопрос, предназначавшийся другому члену Акацуки.
- Какого хрена!? – заорал он. – Ты подглядываешь?!
- Сэмпай же не девушка, чтобы Тоби за ним подглядывал, - серьёзно, насколько он вообще способен был изобразить серьёзность, отвечал Тоби. Дейдаре почудились издевательские интонации в его голосе, но наверняка сказать было трудно.
Тоби съехал с камня к подножью и немедленно нагнулся к ногам Дейдары со словами:
- Тоби поможет сэмпаю…
- Да пошёл ты к дьяволу со своей помощью! – взбеленился Дейдара.
Тоби увернулся от его пятки и развёл руками.
- Да, ладно вам, Дейдара – сэмпай. Никто ж не видит. Тоби не станет трепаться.
Он снова ушёл от удара, отпрыгнул подальше и приземлился на пригорочке. За время, которое они успели пробыть напарниками, у него выработался навык предчувствия пинка.
- Ладно-ладно, сэмпай не хочет – Тоби не будет. Тоби здесь подождёт, пока вы сами, - примирительно заявил он, забираясь на пологую верхушку торчащего из травы камня и присаживаясь там на корточки, с выжидательным видом.
Дейдара на миг испытал облегчение, сменившееся жуткой досадой. Тоби не собирался никуда отходить, он собирался сидеть и наблюдать, как сэмпай будет всё делать сам. Сказать ему, чтоб валил подальше – это нарваться на поток идиотских вопросов – зачем? – почему? – а можно Тоби останется? Корячиться при нём ещё меньше хотелось. Позволить помочь? После выходки Сасори Дейдара испытывал глубочайшее недоверие к любому соратнику по команде, который вознамерился бы к нему приблизиться на дистанцию ближнего боя. На близком расстоянии он большинству из них не соперник. Вопросом, с чего бы Тоби на него нападать, он даже и не задавался. Вот с чего Сасори сегодня с ним так странно обошёлся? Неизвестно.
Пауза тем временем затягивалась.
Тоби пялился на бывшего напарника, в смиренном ожидании сидя на корточках, расслабив спину и свесив руки. Сама невинность.
- Хорошо, - сдался Дейдара. – Давай...
Тоби неторопливо сполз с камня и подошёл.
- Чтобы до меня не дотрагивался, - пригрозил Дейдара, - или станешь фейерверком…
- Ага, понял, сэмпая не трогать, будто он бомба, - покивал маской Тоби.
Дейдара, стиснув зубы, смотрел, как он нагнулся, подцепил трусы за резинку двумя большими пальцами и подтянул куда полагается, держа руки на вполне приличном расстоянии. Но даже такое расстояние не спасло Дейдару от моментального наплыва мыслей и похабных образов. Пальцы Сасори вокруг его члена, жёсткие, но тёплые, - дерево нагрелось на солнцепёке, тонкие и небольшие по сравнению с пальцами Тоби. Как, интересно, Тоби дрочит? И что он себе представляет? На застрявшем в сознании образе ладонь Сасори сменилась рукою Тоби, и эта картинка оказалась неожиданно волнующей. Настолько волнующей, что Дейдара вздохнул с облегчением, когда Тоби отпустил резинку трусов. Нескольких секунд недостаточно, к счастью, чтоб признаки его волнения стали явными.
Тоби нагнулся снова, поддёрнул штаны, взялся за язычок застёжки, потянул, очень осторожно освобождая застрявший лоскуток, потом заправил бельё внутрь, аккуратно, будто действительно имел дело с бомбой. Пальцы двигались в миллиметрах от тела, очень медленно и осторожно, словно он не складки сатина поправлял, а обезвреживал растяжку, стараясь не коснуться спускового механизма. Дейдара обнаружил, что и это тоже заставляет дыхание учащаться, и его это злило.
Это всё из-за Сасори. Из-за него и долгого безделья в этой глуши. Мастер, конечно, находит напарнику посильные дела, но они малообременительны. Он совсем не так загружен, как во время миссий. Отсутствие опасности и избыток досуга, который сложно занять. Были бы руки – сидел бы и ваял свои творческие проекты – идеи есть, идей дофига, но одним ртом много не наваяешь, и устраивать шум в окрестностях убежища Сасори категорически запретил из соображений конспирации. Ни одного приличного «Бум!» за всё здесь проведённое время. Вот и посещают всякие фантазии и ночами одолевают сны с грудастыми гейшами, беззастенчиво задирающими кимоно выше головы. Но девки – это же нормально, а вот заводиться от того, что Тоби подержался за твои трусы – чересчур. Совсем ни в какие ворота. Дейдара, стиснув зубы, отвёл глаза от Тобиной макушки и призвал образ Хотори…
Тоби наконец застегнул молнию. Пропихивая в петлю на поясе пуговицу, хихикнул.
- Что смешного? – прошипел Дейдара.
- Расцветочка, - хмыкнул Тоби.
- Убью! – пообещал Дей, краснея.
Тоби замахал руками.
- Тоби никому не скажет. Тоби будет молчать.
Он подобрал чёрную безрукавку и сетчатую футболку, и тут только Дейдара спохватился, что появление бывшего напарника не может быть просто визитом вежливости.
- Тоби, а какого чёрта ты здесь делаешь? - спросил он, просовывая голову в вырез.
- Тоби пришёл с Дзэцу, - с готовностью объяснил Тоби, одёргивая безрукавку на Дейдаре.
- А он что хочет?
Тоби пожал плечами.
- Лидер – сама велел ему прийти. Дзэцу-сэмпай остался ждать Сасори-сама, а Тоби было скучно ждать, Тоби пошёл гулять и встретил Дэйдару – сэмпая. Тоби очень рад. Тоби скучал.
Он одёрнул натянутую поверх безрукавки «сеточку» и отступил на шаг, созерцая результат.
- Знаете что, Дэйдара сэмпай?...
- Ну?
Тоби отступил ещё на шаг и выпалил:
- Если бы сэмпай был девушкой, Тоби бы действительно подглядывал…
Дейдара, с трудом сдерживаясь, спросил очень спокойно:
- Знаешь что, Тоби?
- Нее…
- Если бы у меня были руки, тебя бы уже порвало в клочья. А так я тебя просто придушу.
Навык предчувствия пинка у Тоби и на этот раз сработал. Он метнулся в сторону деревьев ещё до того, как его сэмпай закончил фразу. Дейдара рванул за ним и непременно догнал бы, не окажись внезапно под ногами куста. Дейдара кувыркнулся, споткнувшись о странные, шипастые листья, прокатился кубарем и вскочил на ноги, готовый к атаке неизвестного врага. Куст был подозрителен: появился ни с того, ни с сего, прямо под ногами, и рос на глазах. Дейдара рванул зубами клапан на сумке, но тут Тоби, затормозивший на опушке, запрыгал и замахал руками.
- Ааааа!!! Дзэцу-сама!
Между шипастых лопухов появилось раскрашенное в два цвета лицо. Дзэцу медленно выпрямился, постепенно теряя сходство с травой, и поинтересовался:
- Играете?
- Чтоб тебя разорвало! - рассердился Дейдара.
- Дзэцу-сама! – радостно вопил Тоби. – А сэмпай хотел меня взорвать. Я сказал …
- Тоби, заткнись!!! – заорал Дейдара.
Дзэцу оглядел их скептически.
- Что он бы подглядывал, будь Дейдара девушкой, - сказал он. – Я слышал.
Дейдара почувствовал, как щёки начинают гореть.
- Давно шпионишь? – поинтересовался он пренебрежительно.
- Только что пришёл, - Дзэцу присел на валун и осведомился вежливо. – Не помешал?
- Минуточку подожди, - ответил Дейдара, скалясь. – Я сейчас с Тоби разберусь и буду свободен.
Он бы и с Дзэцу разобрался, чтоб не подслушивал, с удовольствием.
- Не надо, а? – флегматично сказал Дзэцу. – Тоби мне живым пригодится. Ты мне лучше скажи – ты здесь намерен остаться или уже наигрался в Акасунины куклы?
Дейдара с сожалением проводил взглядом исчезающего за деревьями Тоби и повернулся к Дзэецу:
- Ты Какудзу давно видел?
Дзэцу задумался:
- После запечатывания однохвостого встречались. Позже нет.
- Мне надо сначала с ним… потолковать.
- Зачем?
- Он мне кое-что должен.
Брови Дзэцу приподнялись – он взглянул на Дейдару с нескрываемым изумлением, впечатлённый тем, что Какудзу мало того, что оказался кому-то должен, так ещё этим «кем-то» оказался Дей.
- Пока я с ним не поговорю, возвращаться рано, - сказал Дейдара.
- Ладно, - неохотно сказал Дзэцу. И перевёл разговор на светские темы: – А чем вы тут с Тоби занимались, пока … эээ… меня не было?
- Не суй свой немытый нос не в своё дело, - отшил его Дейдара.
- Почему немытый?
- Потому что у тебя чешуя на нём, будто ты с Кисамэ целовался!
Дзэцу торопливо и воровато обмахнул нос и поднялся с камня.
- И где это я так ухитрился, - пробормотал он. – Нам пора, пожалуй. До свидания, Дэйдара – сэмпай.
И он направился вниз по склону, постепенно всё больше и больше сливаясь с фоном. Тоби выбрался из леса на безопасном расстоянии от Дейдары и отправился вслед за Дзэцу, но на половине склона обернулся, размахивая обеими руками и подскакивая:
- До свиданья Дейдара –семпай! Рад был встрече! Увидимся.
- Приидурок, - тихо сказал Дейдара, садясь на тёплый камень.
Поляна опустела. Дейдара вспомнил, что хотел задать пару вопросов Сасори, но торопиться никуда не хотелось. Сасори, в конце концов, никуда не денется. Ему без его марионеток, так же, как Дейдаре без рук, в настоящем бою делать нечего. Дейдара проторчал на поляне почти до темноты, испытывая на бабочках новые варианты бомбочек и вернулся в сумерках.
В мастерской было тихо. И пусто. Дейдара сунулся к комнате Сасори, но на ней висела табличка «не беспокоить». Это означало, что беспокоить бесполезно – можно было хоть взрыв под дверью устроить, Сасори бы всё равно не вышел.
Дейдара на всякий случай подёргал дверь – безрезультатно.
Видимо, мастер ушёл в творческий полёт.
Дей поплёлся к себе.
Его комнату освещал тусклый, мерцающий свет. На полу, заклеенная печатью со словом «замедление», стояла жаровня, полная розоватых, слегка подёрнутых пеплом, углей, а рядом, в свёртке из здоровенных листьев дикого щавеля лежала тонко напластованная, наколотая на палочки форель, присыпанная крупной солью…
- Дааннааа, - сказал Дейдара, заваливаясь на постель и быстро стягивая с ног ботинки. – Балуете, да? Ладно, не буду ни о чём спрашивать…
.

@темы: Deidara, Sasori, фанфики

Комментарии
2009-08-10 в 11:47 

Мне понравилось! :vo: Замечательный фик!

2009-08-10 в 14:49 

jetboy
Люблю ближних... Постоянным ближним - скидки!
Tril Спасибо ))

2009-08-10 в 15:31 

jetboy Только одно - почему фик называется НИТИ?[

2009-08-10 в 15:42 

jetboy
Люблю ближних... Постоянным ближним - скидки!
Строго говоря, оно же часть фика и до этой темы просто пока не дошло.

2009-08-10 в 17:00 

Ясно. Прода есть?

2009-08-10 в 17:03 

jetboy
Люблю ближних... Постоянным ближним - скидки!
Tril Мало и неотбеченная. Накопится - выложу ещё.

2009-08-10 в 19:32 

Очень понравилось! Жду проды.

2009-08-11 в 07:52 

jetboy
Люблю ближних... Постоянным ближним - скидки!
GoldyGryphon :) Рада, что понравилось. Проду выложу, как только появится читабельнй кусок, выложу.

2009-08-14 в 00:02 

Xybba_Bybba
Согласно народной примете, в новый дом первым нужно впускать интернет-кабель. И где он ляжет - там ставьте кровать. И стол. И комп. И жрачку.
хорошо написано))буду ждать проды!)

     

Akatsuki

главная